ChinaGo

Опубликованные в Советском Союзе после многолетней кропотливой поисковой и археографической работы документальные сборники «Русско-китайские отношения в XVII веке» в двух томах и первый том «Русско-китайские отношения в XVIII веке» на многочисленных документах и материалах наглядно и убедительно показывают стремление России в XVII — XVIII вв. к добрососедским политическим и экономическим отношениям с Китаем и не оставляют камня на камне от фальсификаторских тенденциозных измышлений китайских авторов, пытающихся представить историю взаимоотношений двух соседних народов в исключительно мрачном, негативном свете. Многочисленные рецензии на эти документальные сборники в советской и зарубежной печати отмечают глубоко научный характер этих публикаций.

В КНР продолжают появляться «труды», по существу полностью повторяющие антисоветские писания критикуемых ныне в Китае ставленников пресловутой «банды четырех» в исторической науке. Так, 11 сентября 1979 г. газета «Гуанмин жибао» опубликовала статью Цю Шусяня «Некоторые вопросы оценки Чингисхана», в которой вновь выдвигается тезис об «исконной» принадлежности монголов к китайской нации. Не добавляя ни одного нового «доказательства» по сравнению со статьями 60-х годов, о которых говорилось выше, автор голословно декларирует, что «монгольская нация есть национальное меньшинство Китая. Предки монголов трудились, жили и росли на китайской земле. Коль скоро Чингисхан был монгольским ханом, он являлся и китайским ханом, пришедшим в древности к власти в качестве представителя одного из нацменьшинств. Нельзя считать древнюю Монголию иностранным государством. Монголия издревле являлась вассальным владением древних китайских династий, районы обитания всех монгольских племен всегда находились под управлением древних китайских династий». Автор усматривает главную историческую заслугу Чингисхана в том, что он объединил Китай и тем самым «внес большой вклад в историческое развитие Китая».

Советскими историками было в свое время обстоятельно показано, что завоевание Китая Чингисханом и его преемниками нанесло огромный ущерб производительным силам и культуре страны; в данной статье нет необходимости повторять аргументацию, напрочь опровергающую постулаты очередного трубадура великоханьского гегемонизма, продолжающего изыскивать «исторические» предлоги для оправдания агрессивной политики Пекина в отношении суверенной Монгольской Народной Республики.

Современные китайские историки на все лады обеляют и оправдывают не только агрессивную внешнюю политику прежних правителей Китая, но и жестокую колонизаторскую политику маньчжурских императоров и их китайских союзников, во второй половине XIX в. вторично завоевавших территорию Джунгарии и Восточного Туркестана, где возникли независимые от Китая государства.

Сто с лишним лет назад, в 70-х годах XIX в., маньчжуро-китайские войска под командованием одного из наиболее жестоких палачей крестьянской войны тайпинов, Цзо Цзунтана, учинили зверскую резню дунганского, уйгурского, казахского и киргизского населения Джунгарии и Восточного Туркестана. Перед выступлением в карательный поход на северо-запад Цзо Цзунтан цинично заявил, что «без большого превосходства сил и без беспощадных убийств невозможно умиротворение мусульман».

В первые годы КНР китайский историк Люй Чжэньюй с негодованием писал о зверствах армии Цзо Цзунтана: «Все постройки сжигались, скот и имущество подвергались разграблению, а жители без различия пола и возраста убивались. Везде валялись трупы и лилась рекой кровь». Об этом же писалось во всех китайских вузовских учебниках по истории Китая до начала 60-х годов. А 19 декабря 1978 г. целая полоса газеты «Гуанмин жибао» была заполнена статьей, восхвалявшей Цзо Цзунтана как великого патриота, полководца и государственного деятеля, непримиримого врага России и в силу последнего обстоятельства положительно противопоставлявшей его другим палачам крестьянской войны тайпинов — Цзэн Гофаню и Ли Хунчжану.

Участвуя в пропагандистской кампании, направленной на то, чтобы раздуть в китайском народе вражду к Советскому государству, некоторые современные китайские историки прибегают к грубым извращениям истории русско-китайских и советско-китайских отношений, всячески чернят политику России в отношении цинского Китая, замалчивая правду о добрососедских отношениях, существовавших между Российской и Цинской империями до наступления эпохи империализма, и, наоборот, на все лады идеализируют внешнюю политику маньчжурских императоров, закрывая глаза на ее антинародный и экспансионистский характер. Бесцеремонно попирая принцип историзма, эти авторы пытаются очернить миролюбивую внешнюю политику Советского Союза, характеризуя ее как прямое продолжение политики царской России, как «экспансионистскую политику новых царей».