ChinaGo

Цинская экспансия в Джунгарию и Восточный Туркестан в середине XVIII в. оценивается отдельными современными китайскими историками как прогрессивное явление, якобы направленное на обеспечение «целостности» территории Китая. При этом они ссылаются на то, что поскольку в 60-х годах до н. э. и в VII в. н. э. китайские войска некоторое время находились в так называемом Западном крае (Сиюй, территория современного Синьцзян-Уйгурского автономного района КНР), то эти земли должны считаться китайскими{. Руководствуясь таким «методом», китайские авторы объявляют завоевание Джунгарии и Восточного Туркестана Цинами «внутригосударственным делом», имевшим-де целью воссоединение Китая с утраченными им ранее исконными китайскими землями. Группа китайских историков, укрывшихся под псевдонимом Ши Юйсинь (Историк, обновляющий вселенную), писала: «В 1755 г. Цинская империя усмирила мятеж в Джунгарии. Это было внутренним делом Китая, а вовсе не завоеванием одного государства другим». Извращая исто-рию, они обвинили жертву китайской агрессии — ойратов — в захвате китайских земель. «В 1677 г., — утверждают они, — глава джунгарских ойрато-монголов Галдан, объявив себя ханом, отторгнул Джунгарию от Китая».

Применяя тот же «метод», некоторые современные китайские историки объявляют суверенное государство народов Восточного Туркестана — Яркендское ханство — «незаконным», а его борьбу против маньчжуро-китайской агрессии — мятежом, направленным на «расчленение территории Китая». Современный китайский историк Сяо Чжисин, например, писал: «В марте 22-го года правления императора Цяньлуна (1757 г.) они (ходжа Бурхан уд-дин и Хан-ходжа — правители Яркендского ханства в 1757 — 1759 гг. — А. X.) подняли бунт. Это их преступление было направлено на расчленение родины (Китая - Извращая историю борьбы народов против маньчжуро-китайской экспансии в Джунгарию и Восточный Туркестан, китайские историки утверждают, что население этих районов якобы поддерживало «правое дело» цинского правительства. «Братья ходжа Бурхан уд-дин (Болониду) и Хан-ходжа (Хоцычжань) подняли бунт. Их действия встретили сильное сопротивление всех народов. И не только решительное сопротивление широких масс уйгурского народа, но и большинства верхов уйгурских феодалов», — заявляет тот же Сяо Чжисин, искажая реальную действительность.

Суть подобных высказываний историков КНР ничем не отличается от содержания официальных китайских хроник XVIII — XIX вв. Правящие феодальные круги старого Китая обычно называли своих классовых противников «бунтовщиками», «ворами», «изменниками» или «злыми людьми», а отдельных отщепенцев, предавших интересы своего народа и перешедших на сторону маньчжуро-китайских завоевателей, «добрыми людьми».

Китайские историки пользуются сегодня этими же терминами в том же значении, в каком они понимались правящими классами старого Китая, и без какой-либо критической оценки приводят в своих работах такого рода «свидетельства» придворных цинских историков для «обоснования» своих заключений. Историческая действительность убедительно показывает полную несостоятельность этих историков.

В XVIII в. до начала маньчжуро-китайской агрессии на территории современного Синьцзян-Уйгурского автономного района КНР существовали два суверенных государства: Восточнотур-кестанское со столицей в Яркенде (иначе Яркендское ханство) и Джунгарское (Ойратское) с центром в Или.

Восточнотуркестанское государство возникло в первой половине XIV в. Одним из видных его правителей был султан Саид-хан (1514 — 1533) — отдаленный потомок сына Чингисхана Джа-гатая. Восточная часть этого государства, Комульская (Хамий-ская) область, граничила с минским Китаем. Во главе этого государства находились джагатайские ханы, большую роль играло мусульманское духовенство, возглавляемое семейством ходжей, делившимся на две враждующие группы: каратаглыки (черногорцы) и актаглыки (белогорцы).